Основные черты восточного богословья -2: Литургическое богословие

Основные черты восточного богословья -2: Литургическое богословие

Друзья! В предыдущей статье я начал размышлять о Православии. Сегодня я продолжаю это делать и приглашаю вас познакомиться с очередными основными чертами восточной традиции.

Литургическое богословие

Восточная христианская традиция отличается особым вниманием к богослужению. Недаром существует поговорка, которая формулирует принцип единства молитвы (духовного опыта) и веры: lex orandi est lex credendi («закон молитвы есть закон веры») (ср. А.Шмеман, «Введение в литургическое богословие», с.14).

Литургия — сам этот термин был взят из светского языка греко-римского общества. Греческое слово λειτουργία наиболее точно можно перевести, как «общее (общественное) дело». Существует два богословских значения этого слова: первое, это название главнейшего христианского богослужения, на котором совершается таинство Евхаристии (именно такое значение преобладает на христианском Востоке); другое значение — более широкое и подразумевает всё христианское богослужение (такое значение термина особенно распространено в Западной богословской традиции).

С большим энтузиазмом и поэтичностью говорит о восточном богослужении Иоанн Павел II:

«[…] в богослужебной молитве на Востоке проявляется огромная способность вовлекать человеческую личность во всей ее целостности: тайна воспевается в величии ее содержания, равно как и в теплоте чувств, возбуждаемых ею в сердце спасенного человечества. В священнодействии сама телесность призвана к хвале, к красоте, являющейся на Востоке одним из излюбленных выражений Божественной гармонии и образом преображенного человечества, что проявляется повсюду: в формах храма, в звуках, в красках, в свете, в благоухании» (Orientale lumen, 11).

Выражение «литургическое богословие» появляется в восточной теологической традиции в XX-ом веке. Основателем «новой» богословской науки становится известный православный литургист протопресвитер Александр Шмеман. Отец Александр в своей теологическое рефлексии обращает внимание на место богослужения в Церкви, а особо указывает на Евхаристию, которая, по его мнению, должна занимать центральное место в богословской мысли. Евхаристия — это своеобразная точка, начало системы координат, благодаря которой становится ясно, какие места занимают прочие богословские категории.

Такой центральный характер Евхаристии становится фактически ключём для восточного, византийского понимания того, чем является Церковь. Именно «евхаристическая экклезиология» становится предметом богословских исследований другого православного священника Николая Афанасьева, который и стал автором этого теологического термина. Следует отметить, что богословские идеи отца Николая и его учеников восприняли отцы Второго Ватиканского Собора, что нашло отображение в догматической конституции собора Lumen gentium.

Было бы ошибкой думать, что науки «Литургическое богословие«, равно, как и «Евхаристическая экклезиология» являются чем-то принципиально новым на христианском Востоке. Уважаемые отцы Алесандр Шмеман и Николай Афанасьев сумели обратиться к истокам христианской мысли и расставить соответствующие акценты в контексте современного богословия, что никоем образом не умаляет их заслуг перед восточным да и западным богословием.

Продолжение следует…

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *